Как отличить научную теорию от лженаучной?
Add+ АВТОРИЗАЦИЯ:      

Как отличить научную теорию от лженаучной?

АВТОР: Алексей Брума

Мы сталкиваемся со лженаукой постоянно: по телевизору, радио, в газетах и журналах и, по-видимому, избавиться от этой проблемы не получится никогда. Чего только стоят постоянные заявления лжеученых то об изобретении вечного двигателя, то об опровержении теории относительности, то о передаче генетической информации через электромагнитные излучения и целое море другого бреда. Главным генератором псевдонаучных идей и проектов в России является печально известная организация ОО «РАЕН» (общественная организация "российская академия естественных наук"). Эту организацию ни в коем случае не надо путать с РАН (Российская Академия Наук). Всё бы было ничего, если бы эти ребята тихо себе писали научно-фантастические книжки и осваивали индустрию развлечения, однако они небезуспешно претендуют на государственные гранты и дотации для реализации «прорывных» проектов в «науке». Но как же понять, что перед нами: плод больной фантазии научных фриков или же реальные научные достижения?

Неформально и с немалой долей юмора эта тема раскрыта на Луркморье:

«Узнать фрика всегда можно по повадке. В какой бы области он ни проводил свои исследования, неизменно им будут применяться перечисленные ниже приёмы. Либо часть из них.

Работа на публику

Лжеучёный всегда апеллирует не к коллегам, а к почтеннейшей публике. Его открытия сенсационны и касаются вопросов, живо интересующих хомячков. Настоящий исследователь стремится убедить в своей правоте только других специалистов. «Поддержка зала» ему не нужна. Да и в любом случае, в мире науки она ничего не стоит. Согласятся ли с его выводами неучи — учёному безгранично похуй. Чем, кстати, он и троллит быдло, уверенное, что наука обязана ему что-то объяснять и доказывать. В конце концов, ну пусть не верят — пятьдесят килотонн на голову быстренько всем разъяснят, чего стоят массово принятые «теории» о Высшей Узкоглазой Расе и чего стоит почти никем не принятая физика. Но фрик не таков, он жаждет заручиться поддержкой именно неподготовленного читателя!

Лесть

Понимая, что первый пункт уже смотрится странно и может смутить даже хомячка, фрик ненавязчиво внушит аудитории, что она вполне подготовлена. Он лишь приводит факты. Голые, ошеломляющие, поразительные, убийственные факты. Ничего, кроме фактов. А затем предоставляет читателю, отринув вбитые в голову ещё на школьной скамье догмы, подумать и самостоятельно сделать выводы. Само собой, совпадающие с выводами автора, для контроля приводимыми чуть ниже.

Проще говоря, фрик льстит. Предлагая составить собственное мнение по специальным вопросам науки, он намекает, что всякий ознакомившийся с его брошюрой уже располагает всеми необходимыми знаниями. Но ни для кого не секрет и то, что, подбирая и соответствующим образом подавая даже действительно достоверные факты, человека нетрудно подтолкнуть к любому необходимому выводу. На самом деле хомячок понимает, что его разводят, как лоха. Он в курсе, что люди, желающие разбираться в хирургии, истории, астрономии, происхождении видов, учатся для этого несколько лет. Но деваться хомячку уже некуда. Доводы автора звучат убедительно, и признать, что убедительны они лишь для профана, означает признать профаном себя. А куда приятнее почитать себя человеком, независимо мыслящим и насквозь видящим тщету научных предрассудков.

Простота

Фрик делает именно то, что наука делать не хочет (потому что не может). Он объясняет школьникам очень сложные вещи буквально за пять минут и очень доступным языком. Другое дело, что при этом он несёт невозможный бред. О чём школьник, естественно, не догадывается. Ибо является школьником. Однако! Давно замечено умными людьми, что человек, разбирающийся в сути, суть эту может изложить буквально в двух словах на языке, понятном даже ребёнку. И отличие такого разбирающегося в сути человека от фрика в том, что он, в отличие от фрика, в любой момент может перевести говоримое им простыми доступными словами на язык строгой научной терминологии, дать определения терминам и присовокупить к этому научный аппарат в виде источников и литературы по теме. Для фриков же характерны весьма вольное обращение с устоявшимися терминами, усугубляемое измышлением своей собственной терминологии, неспособность давать внятные определения как устоявшимся терминам, так и измышляемым, и весьма поверхностные знания матана в лучшем случае (в худшем — полное его незнание).

Кругом враги!

Но если истинность выводов автора действительно так очевидна, то почему его точка зрения ещё не восторжествовала? Неужели автор первый заметил эти вопиющие, бросающиеся в глаза несообразности? Почему миллионы специалистов не обратили внимания на них? Может ли быть так, что они все некомпетентны или недобросовестны? Короче, без ZOG фрик существовать просто не может. Так или иначе, теория заговора будет цвести и пахнуть в его творениях. В тексте появятся словосочетания «официальная наука», «консервативная наука», «буржуазная наука» (последний вариант, впрочем, уже вышел из моды), являющиеся исчерпывающим доказательством недобросовестности автора. IRL в науке просто некому вырабатывать «официальное» мнение, и, тем более, навязывать его. Учёные живут в разных, враждующих друг с другом государствах, работают на то и дело сменяющиеся правительства или на коммерческие организации, исповедуют (в тех случаях, когда исповедуют) все существующие религии, включая джедаизм, придерживаются различных политических взглядов. Научное сообщество вообще лишено солидарности, а напротив, проникнуто духом соперничества, как в личном, так и в национальном зачётах. Это совершенно неподходящая среда для «мирового заговора». Что же касается ошибок, то да. Специалисты, конечно, способны ошибаться. Но делают это куда реже неспециалистов. Главное же, ошибку специалиста может обнаружить только другой специалист, но не хомячок.

Тайны и фальсификации

Как правило, фрик спешит поведать читателю о неких «запретных» открытиях, несущих угрозу устоявшимся представлениям и потому скрываемых от общественности. Само по себе явление имеет быть. Хрестоматийный пример — профессор Земмельвейс, открывший, что роды пройдут с гораздо меньшими осложнениями, если врач сначала вымоет руки после морга. За пропаганду этой ценной мысли Земмельвайс закончил свой жизненный путь в сумасшедшем доме. Актуально и поныне — гуглите «Эффект Земмельвейса». Это, однако, не означает, что каждый клиент сумасшедшего дома является Земмельвайсом. И как и в случае любой другой теории заговора, отличить одного от другого несколько затруднительно.

Критика

Характерным признаком лженаучной литературы является склонность автора подменять доказательства собственных утверждений критикой чужой (как правило, «официальной») точки зрения. И здесь налицо подмена понятий. Из ложности одних представлений ни при каких обстоятельствах не следует истинность других. Фрик обоснованно полагается на то, что в сумеречном сознании хомячка истина противопоставляется лжи. Если источник А врёт, то Б, утверждающий иное, говорит правду! На самом деле, здесь нет абсолютно никакой связи. Сами ж давно знаете — лгать могут оба и все сразу.

Факты

Чуть чаще, нежели всегда, отношение мистификатора к фактам отличается высокой избирательностью. Для начала берутся несколько не обязательно достоверных, но непременно поражающих воображение фактов. Затем объявляется, что «официальная теория» не объясняет их (ибо объяснение ему неизвестно). Проблема в том, что в естественных науках «теорией» именуется объяснение фактов, истинность которого уже проверена экспериментально. Таким образом, вопрос закрыт раз и навсегда. Несмотря на колоссальный прогресс знаний, за последние три века ни одна теория не была опровергнута (в отличие от гипотез, которые как раз проверяются экспериментами). Даже созданная в XVII веке механика Ньютона остаётся в употреблении как частный случай релятивистской механики. Мало того, теория плоской Земли является хорошим приближением на небольших расстояниях, и, копая огород или размечая футбольное поле, никто кривизну земного шара не учитывает. Существующая теория не обязана объяснять все факты. Если вдруг с какими-то она и «не дружит», это указывает на её неполноту, а не на её ложность. А вот новая теория должна включать в себя и старую. Иначе она столкнётся с необходимостью давать объяснение ещё и тому, почему прежняя всё-таки подавляющее большинство фактов объясняла. Случайность? Автору, как и его целевой аудитории это, впрочем, неинтересно. Всё внимание он уделяет лишь нескольким «необъяснимым» фактам, полностью игнорируя прочие.

Объяснение


Кроме новизны и оригинальности объяснение непременно должно обладать очень важной особенностью, про которую лжеученые обычно забывают. Оно должно хоть что-то объяснять. А объяснить неизвестное можно только уже известным. С этим связаны затруднения уфологов, недоумевающих, почему их, — вполне добросовестных собирателей баек и исследователей фотографий, на которых «видно, что ничего не видно», — презирают и не пускают на порог.
Суть такова: проявляющиеся в небе огни и смутно видимые серебристые диски нельзя объяснить хулиганством пришельцев, потому что неизвестно, соответствуют ли внешний вид и ТТХ инопланетных космических кораблей тому, что мы наблюдаем. Притягивая пришельцев в качестве «объяснения» мы ничего нового не узнаём, зато, получаем множество дополнительных вопросов. Например, что именно курили в кабине «тарелки» зелёные человечки, если выделывают такие кренделя.

Ссылки на авторитет

Любопытно, что чем откровеннее конфронтация автора с «официальной наукой», тем чаще он будет апеллировать к её авторитету. Внезапно, окажется, что многие признанные светила полностью разделяют точку зрения автора. В доказательство чего обильно приводятся цитаты.
Но на самом-то деле, отношение науки к высерам фрика всем, включая и читателя, отлично известно. Цитатами же, вырванными из контекста, можно «доказать» всё что угодно. Для сравнения:

"В высшей степени абсурдным, откровенно говоря, может показаться предположение, что путем естественного отбора мог образоваться глаз со всеми его неподражаемыми изобретениями." 
Чарльз Дарвин, «Происхождение видов путём естественного отбора», 1991, с. 153

"В высшей степени абсурдным, откровенно говоря, может показаться предположение, что путем естественного отбора мог образоваться глаз со всеми его неподражаемыми изобретениями. Но когда в первый раз была высказана мысль, что солнце стоит, а земля вертится вокруг него, здравый человеческий смысл тоже объявил ее ложной; однако каждый философ знает, что старое изречение Vox populi - vox Dei не может пользоваться доверием в науке." 

Чарльз Дарвин, «Происхождение видов путём естественного отбора», 1991, с. 153

В настоящей научной литературе явные или завуалированные ссылки на авторитет отсутствуют. Не имеет никакого значения, что сказал академик Имярек — важно лишь то, что он доказал. При этом главное здесь слово — «доказал», а не «академик». Человек может не иметь абсолютно никаких научных регалий, но если он свою теорию корректно докажет, то наука примет его вклад наравне с вкладом именитых учёных. Именно поэтому отречение Галилея от своих открытий не имело уже никакого значения. Доказательства ведь никуда не делись, а то, что после общения с господами инквизиторами и не от такого отрекаются, было понятно даже младенцам.

Ошибки

« Ученый может ошибаться, но лжеученый настаивает на своих ошибках»

— П.Л. Капица

Наконец, автора псевдонаучного труда всегда можно поймать на ошибках, очевидных даже с высоты среднего образования. Ведь ориентируется он на предполагаемый уровень информированности наиболее массового читателя. Но познания каждого человека хоть в чём-то превышают статистическую планку. Перестраховываться на случай всех подобных «флуктуаций» мистификатор не может. И потому лишь надеется, что обильно применяемые им психологические трюки не позволят заметить обман. А если это всё-таки, случится, то жертва, очарованная захватывающими картинами раскрывающихся древних тайн, смущённая лестью автора, подавленная его аргументацией и авторитетом, сама вступит в спор с собой и сама же себя в правоте автора убедит».