Когда половина мозга лучше, чем целый мозг, или тонкости гемисферэктомии
Add+ АВТОРИЗАЦИЯ:      

Когда половина мозга лучше, чем целый мозг, или тонкости гемисферэктомии

АВТОР: Алексей Брума

Насколько радикальной может быть операция на головном мозге? Оказывается, самым крайним вариантом такой операции является гемисферэктомия – удаление одного из больших полушарий церебрума. Удивительно, но данная операция оказывает куда меньшее влияние на личность и память человека, чем может представиться.

Впервые «гемисферэктомия» была проведена на собаке физиологом Фридрихом Гольцом в 1888 году в Германии, а на людях операцию в 1923 году стал проводить нейрохирург Уолтер Дэнди в Университете Джонса Хопкинса (Johns Hopkins University). Первым его пациентом был больной раком головного мозга, который прожил еще 3 года, прежде чем не умер от рецидива. По сути, гемисферэктомия – самая радикальная из всех возможных операций на церебруме. Как шутливо отмечает невролог Джон Фриман из Университета Хопкинса: «Вы не можете отнять у человека больше, чем половину мозга. Если забрать весь, то могут быть проблемы».

Одним из побочных эффектов удаления полушария, как рапортовал канадский нейрохирург Кенет МакКинзи в 1938 году, стало избавление от припадков, которыми страдала 16-летняя девочка. В настоящее время гемисферэктомия показана пациентам, страдающим десятками припадков в течение дня из-за влияния одного из полушарий и если консервативные методы лечения оказываются бессильными.

«Эти расстройства часто прогрессируют и повреждают остальной мозг, если их не остановить», - говорит нейрохирург Гэри Матерн из Калифорнийского Университета. С ним согласен и Фриман: «Гемисферэктомия – это то, что делают, когда альтернатива еще хуже».

Технически гемисферэктомия включает в себя удаление полушария целиком, в то время как функциональная гемисферэктомия предполагает удаление части полушария и рассечение мозолистого тела, связывающего две половины мозга. Высвободившееся пространство в черепе оставляют, так как оно заполнится церебральной жидкостью через день или два после операции. Хотя средний возраст большинства пациентов лежит в диапазоне от 5 до 10 лет, нейрохирурги проводят операции даже на 3-месячных детях.

Поразительно, но память и личность развиваются нормально. Недавние исследования показали, что 86% из 111 детей, прошедших через процедуру удаления половины мозга в Хопкинсе в период с 1975 по 2001 год, либо полностью избавились от припадков, либо ослабили влияние расстройства до уровня, не требующего медицинского вмешательства. Еще одно исследование выявило улучшение в учебе у детей, прошедших через гемисферэктомию и избавившихся от припадков. К примеру, один из них стал чемпионом по боулингу, а другой чемпионом своего штата по шахматам. Однако, естественно, что подобного рода операция не может проходить без последствий.

Фриман поясняет:
«Вы можете ходить, бегать, немного танцевать или прыгать, но вы в значительной степени теряете контроль над рукой и потерю зрения в глазу, противопоставленных потерянной половине мозга. Большинство людей испытывают трудности с речью в случае удаления левого полушария, однако существовавшее представление о том, что если провести операцию после 2-летнего возраста вы больше никогда не заговорите, мы опровергли. Чем в более раннем возрасте было удалено левое полушарие, тем меньше ограничений с речью будет испытывать пациент. В какую часть правого полушария мигрирует функция речи и какие другие функции она вытесняет пока остается до конца невыясненным».

Однако, завесу тайны сможет приоткрыть яркий пример человека, живущего без левого полушария. Ставшая достаточно известной в мире, Мишель Мак сразу родилась только с правым полушарием. Скорее всего, это произошло из-за инсульта, случившегося еще когда она была в материнской утробе и в результате которого кровоснабжение левой половины полностью остановилось.

При всем этом Мишель обладает незаурядными арифметическими способностями и может в уме вычислять день недели любой даты. У нее практически нет проблем с речью, она обожает комедийные фильмы, следит за спортом и участвует в политической жизни. Однако, она испытывает трудности в понимании абстрактных вещей, поэтому ей сложно даются притчи и поговорки, а также алгебра, где, в отличие от арифметики, необходимо оперировать не конкретными числами, а переменными. К слову сказать, логико-математическая абстракция как раз традиционно относится к функциям левого полушария, в то время как невербально-пространственная и образная к функциям правого. По всей видимости, правое полушарие Мишель, вынужденно взявшее на себя функцию левого, от части своих исконных функций должно было отказаться, и этим можно объяснить плохое пространственное ориентирование девушки и, соответственно, нелюбовь к новым, незнакомым местам. У Мишель также частичная дисфункция правой руки и ноги, а правый глаз практически не видит, зато этот недостаток компенсируется усиленным слухом.

Интересно, что диагноз девушке смогли поставить далеко не сразу. В далеком 1973 году, когда она родилась, медицинская техника была далеко не совершенной и Мишель, в 6 месяцев впервые проявившая признаки серьезного заболевания отсутствием нормального зрения, казалось, была обречена на пожизненную слепоту, ведь окулисты выявили у нее повреждения оптических нервов. Почти сразу стал появляться и другой симптом - частичный паралич правой стороны тела. В итоге ей поставили диагноз, не имевший к ее заболеванию ни малейшего отношения, а лечение назначили как для больной церебральным параличом. Лишь в 1977 году у Мишель выявили отсутствие левого полушария, однако к тому времени девочка уже продемонстрировала свою жизнеспособность.

Сама Мишель говорит, что ее «правая сторона» не может делать то же, что и «права сторона» обычного человека:
«Я могу решать лишь простые вещи, но не те, что требуют субъективного мышления».
Отсюда и ее любовь к монотонным, повторяющимся действиям, в частности она обожает складывать листовки и забивать данные на прихожан церкви, где работает ее мама, или играть в карточный пасьянс.

Еще одним ярким примером человека с половиной мозга может стать Джоди Миллер, которой провели гемисферэктомию ввиду усиливающихся приступов на фоне поставленного диагноза (Энцефалит Расмуссена). Хроническое воспаление одного из полушарий привело к тому, что девочка каждые 3 минуты падала налево, и ничто из того, что делали врачи, не помогало. В итоге лечащий доктор заключил, что единственным выходом может быть удаление поврежденной части мозга. В результате в 3 года у Джоди изъяли правое полушарие и приступы прекратились. Левая половина со временем компенсировала утрату, частично взяв на себя функции правой. На сегодняшний день единственным признаком перенесенной операции являются частичная дисфункция левой руки и хромота.

Джоди шутит, что у нее забрали посредственную сторону мозга, а оставили счастливую, поэтому-то она такой позитивный и жизнерадостный человек. Мама Джоди говорит, что если бы 25 лет назад ей сказали, что можно удалить половину мозга и остаться полноценным человеком, она сочла бы говорящего сумасшедшим, однако, как оказывается, это правда. Джоди не чувствует себя особенной, она более 5 лет замужем и рада, что родители провели ей эту операцию, ведь промедли они, неизвестно, что бы было.

Ну а что, если у человека будет даже не половина, а лишь 20% мозга? Жизнеспособен ли такой человек? В некоторой степени да, о чем свидетельствует шокирующая история Брендона и Бритни Бюел, которые, несмотря на выявленные серьезнейшие нарушения развитие мозга еще на стадии беременности, решили ребенка рожать во что бы то ни стало.

В итоге мальчик Джексон родился практически без мозга и может существовать лишь под строгим присмотром и с применением лекарственных препаратов. Родители ребенка, получив известность, организовав фонды и собрав деньги в поддержку сына, спустя некоторое время разошлись, а ребенка отдали в спецучреждение.

Также читайте: Лоботомия 12-летнего Говарда Далли

Автор: Алексей Брума

Редактировать 2019-03-05 15:04:54